Новости

20.05.2019

ГТРК «Волга»: Хрестоматийная сказка

16.05.2019

Артисты МТА выступают на Международном фестивале спектаклей для всей семьи «Вместе»

15.05.2019

«Вечерний Барнаул»: Чак Паланик в МТА

14.05.2019

Молодёжный театр Алтая отправился на Международный фестиваль спектаклей для всей семьи

06.05.2019

Режиссёр «Бойцовского клуба» Максим Соколов: этот материал сейчас необходим как воздух

24.04.2019

Молодёжный театр Алтая получил грант Союза театральных деятелей России

19.04.2019

В Молодёжном театре Алтая началась работа над «Бойцовским клубом» Чака Паланика

«Культура Алтайского края»: Заслуженному артисту России Валерию Лагутину исполнилось 60 лет – в Молодёжном театре Алтая он служит с 1981 года

18.04.2019

«Культура Алтайского края»: что за «Кысь» такая?

ГТРК «Волга»: Хрестоматийная сказка

Хрестоматийная сказка – в ритме современной музыки. Молодежный театр Алтая представил в Ульяновске свою версию произведения Александра Пушкина о царе Салтане. Гости из Сибири продолжили фестивальный марафон спектаклей для всей семьи «Вместе». В одном спектакле – необычные сказочные герои и невероятные превращения. Артисты быстро перевоплощаются и в царя, и в бочку, и в царевну – лебедь, и просто в город. Знакомые всем стихотворные строчки у этого театра зазвучали иначе.

Ирина Лысковец, директор Молодежного театра Алтая им. В.С. Золотухина

Материал понравился, мы все его знаем с детства, он у всех на слуху. А вот эти элементы музыки, элементы жонглирования – это только украшает, обогащает эту постановку. У нас режиссер из Новосибирска – Анна Зуева – сама очень юная, молодая и как режиссер и по возрасту. Поэтому ей, наверное, понятно, какие у детей пристрастия, интересы.

Сегодня фестивальную эстафету приняли кемеровский театр и артисты из Болгарии.

Источник: ГТРК «Волга»

смотреть видео

Артисты МТА выступают на Международном фестивале спектаклей для всей семьи «Вместе»

Через несколько минут артисты МТА выйдут на сцену Ульяновского театра юного зрителя «Nebolshoy театр», где проходит I Международный фестиваль спектаклей для всей семьи «Вместе».

Директор-художественный руководитель Ульяновского ТЮЗа, заслуженный артист России Эдуард Терехов говорит: «Нам важно, что фестиваль объединил на одной площадке детей и их родителей, бабушек, дедушек и их внуков за просмотром лучших спектаклей для семейной аудитории России и мира. Программа фестиваля знакомит зрителей с достижениями российского и зарубежного театрального искусства для детей и молодёжи. В Год театра Ульяновск собрал профессиональные театры из Москвы, Севастополя, Барнаула, Кемерово, Софии (Болгария), Цхинвала (Южная Осетия) и других регионов».

Барнаульцы представят зрителям «Сказку о царе Салтане» Александра Пушкина в постановке новосибирского режиссёра Анны Зуевой. Билеты, конечно, раскуплены. Добавим, что в спектакле заняты Алексей Бурдыко (Царь Салтан), Александр Пальшин (Князь Гвидон), Наталья Сляднева (Царица), Анастасия Лоскутова (Белка, Царевна Лебедь), Татьяна Лопатина (Повариха), Любовь Хотиёва (Бабариха), Светлана Лепихина (Ткачиха), Дмитрий Борисов и Виталий Прозоров (Корабельщики).

«Вечерний Барнаул»: Чак Паланик в МТА

В Молодежном театре Алтая идут репетиции очередной премьеры – пластической драмы «Бойцовский клуб» по культовому роману Чака Паланика. Режиссер постановки – Максим Соколов (Санкт-Петербург), известный барнаульской публике по спектаклю Wonder Boy, ставшего настоящим хитом у подростков. По мнению режиссера, новый материал необходим сейчас публике как воздух.

По словам Максима Соколова, для постановки роман Чака Паланика был выбран не случайно – он созвучен времени, он заставляет задуматься, он призывает действовать, что-то менять.

– Идея «Бойцовского клуба» мне нравится, хотя драки на улицах – это не то, к чему я призываю, к чему я стремлюсь, – говорит режиссер. – Не случайно на репетициях артисты получили задание драться так, будто они никогда этого не делали. Я смотрел на них и думал, что в воображении дерусь, наверное, как Брэд Питт (главный герой экранизации этого романа, созданной американским кинорежиссером Дэвидом Финчером в 1999 году), в реальности же – как гуманитарий. Но эта возможность нецивилизованного поведения почему-то очень будоражит. И подобный выход за рамки кажется мне симпатичным. В таком поведении есть некое обаяние – для современного человека, особенно для мужчины. Ты словно выпускаешь пар. Это невозможно сделать нигде, даже в качалке, потому что там ты занимаешься мышцами, рельефом и так далее. Где современному человеку выпускать своего внутреннего зверя? В этом плане бойцовский клуб даже полезен.

Однако в тексте романа описано два явления – сам бойцовский клуб и проект «Увечье» (в другом переводе «Разгром»). Для режиссера – это две отдельные истории. Причем вторая призвана разрушать то, что построено. И, на взгляд Максима Соколова, эти две темы нужно четко разграничивать.

– Поэтому этот материал сегодня необходим, – считает режиссер. – Это возможность на территории театра поговорить о важных вопросах: к чему мы пришли, куда движемся.

Кстати, впервые с постановкой Максима Соколова барнаульцы ознакомились еще раньше – в 2016 году на сцене МТА шел его спектакль «Пираньи. Дневник двенадцатилетнего», поставленный в Архангельском молодежном театре имени Виктора Панова (эта постановка принимала участие во II Всероссийском молодежном театральном фестивале имени В. Золотухина). Еще одна работа молодого режиссера «Скеллиг» по одноименному роману британского писателя Дэвида Алмонда была высоко оценена в рамках внеконкурсной программы «Золотой маски – 2018» под названием «Детский Weekend».

Премьерные показы спектакля «Бойцовский клуб» состоятся 30 и 31 мая на сцене МТА (пр. Калинина, 2). Начало в 18.30.

Наталья Катренко

Источник: «Вечерний Барнаул»

Молодёжный театр Алтая отправился на Международный фестиваль спектаклей для всей семьи

Сегодня, 14 мая, творческая группа Молодёжного театра Алтая отправилась в Ульяновск на I Международный фестиваль спектаклей для всей семьи «Вместе».

Артисты выйдут на сцену Ульяновского театра юного зрителя «Nebolshoy театр» 16 мая со «Сказкой о царе Салтане» Александра Пушкина, покорившей сердца зрителей МТА от мала до велика.

Зрители увидят на фестивале работы театров Москвы, Севастополя, Барнаула, Кемерова, Ульяновска, Мытищ, Цхинвала и Софии. Организаторы подчёркивают, что собрали лучшие спектакли для детей и молодёжи.

Режиссёр «Бойцовского клуба» Максим Соколов: этот материал сейчас необходим как воздух

30 и 31 мая в Молодёжном театре Алтая состоится премьера пластической драмы «Бойцовский клуб» по культовому роману Чака Паланика. Над ней работает уже знакомая барнаульцам творческая группа из Санкт-Петербурга: режиссёр-постановщик Максим Соколов, художник-постановщик Анастасия Юдина и режиссёр по пластике Екатерина Культина. В сентябре они представили на сцене МТА глитч Wonder boy, ставший хитом у подростков.

Говоря о выборе романа американского писателя, Максим Соколов отмечает, что режиссёр всегда ищет материал, созвучный времени: «Я думаю, что именно сейчас период стабильности в нашей стране превращается в застой. Смотрю на своё поколение и понимаю, что это люди, которые находятся в ожидании. Я тоже в таком состоянии. «Бойцовский клуб» Чака Паланика заставляет задуматься о том, что нужно что-то делать, что-то менять».

Создание бойцовского клуба и организация проекта «Увечье» – на эти две истории делит роман режиссёр. «Идея бойцовского клуба мне нравится, хотя драка на улице – это не то, к чему стремлюсь. На репетициях у артистов было задание – драться так, будто они никогда этого не делали. Я смотрел на них и думал, что в воображении дерусь, наверное, как Брэд Питт, в реальности же – как гуманитарий. Но эта возможность нецивилизованного поведения почему-то очень возбуждает. Обаяние этого выхода за рамки очень важно, особенно для современного человека, особенно для мужчины. Ты просто выпускаешь пар. Это невозможно сделать нигде, даже в качалке, потому что там ты занимаешься мышцами, рельефом и так далее. Где современному человеку выпускать своего внутреннего зверя? В этом плане бойцовский клуб прекрасен. Совсем другое дело – проект «Увечье», цель которого не строить, а разрушать то, что есть. Это неоднозначная идея, к ней можно относиться по-разному.

Я думаю, что этот материал сейчас необходим как воздух. Это возможность на территории театра поговорить о важных вопросах: к чему мы пришли, куда движемся».

Премьерные показы спектакля «Бойцовский клуб» состоятся 30 и 31 мая. Начало в 18 часов 30 минут.

Молодёжный театр Алтая получил грант Союза театральных деятелей России

Молодёжный театр Алтая оказался в числе победителей конкурса заявок на получение грантов на реализацию творческих проектов, адресованных детской и подростковой аудитории в 2019 году. Всего поступило 95 заявок, гранты получили 20 соискателей.

Благодаря грантовой поддержке Союза театральных деятелей России для артистов труппы Молодёжного театра Алтая в течение трех дней, с 12 по 14 октября 2019 года, будет проведён мастер-класс педагога по сценической речи Ирины Автушенко.

Мастер-класс будет проводиться в формате тренинга, в котором будет участвовать вся труппа театра. Ирина Автушенко в сентябре 2018 года провела занятия для артистов-участников III Всероссийского молодёжного театрального фестиваля им. В.С. Золотухина. Как член жюри фестиваля, она участвовала и в обсуждениях конкурсных спектаклей. Высокопрофессиональные советы Ирины Автушенко были тогда оценены по достоинству. Осенью состоятся более подробные консультации с педагогом-мастером сценической речи.

Справка:

Руководитель мастер-класса – Ирина Автушенко (Москва).

Доцент кафедры сценической речи ГИТИСа и ВГИКа. Руководитель мастер-классов для педагогов театральных вузов России при Союзе театральных деятелей. Руководитель мастер-классов для актёров России в рамках театральных фестивалей и форумов, мастер-классов для актёров ближнего зарубежья.

Прошла стажировку у Кристин Линклейтер в Великобритании (май, 2018).

Обладатель Гран-при 37 Международного студенческого фестиваля ВГИК за постановку спектакля «Маяковский. Горячий лепет отступлений» (2017), премии «ЖЖивой театр» в номинации «Студенческий спектакль года» за спектакль «Душечка» по рассказу А. Чехова (2011).

Автор научно-методических статей по сценической речи и книг «Сценическая речь и эмоциональный слух», «Развитие эмоционального слуха на уроках сценической речи», «Рабочая тетрадь по орфоэпии».

В Молодёжном театре Алтая началась работа над «Бойцовским клубом» Чака Паланика

Сегодня, 19 апреля, в Молодёжном театре Алтая состоялся техсовет по спектаклю «Бойцовский клуб» Чака Паланика. Над ним работает уже знакомая барнаульцам творческая группа из Санкт-Петербурга. Режиссёр-постановщик Максим Соколов, художник-постановщик Анастасия Юдина и хореограф Екатерина Культина в сентябре 2018 года поставили в МТА глитч Wonder boy.

Дебютный роман Чака Паланика издали в 1996 году, он сразу же стал культовым. Главный герой – клерк – страдает бессонницей, пытается как-то разнообразить свою скучную жизнь. Посещая группы поддержки для больных различными заболеваниями он знакомится с Тайлером Дёрденом, человеком со странной философией: самосовершенствование – удел слабых, а саморазрушение – единственное, ради чего стоит жить. Знакомство перерастает в странную дружбу, спустя некоторое время она приводит к организации подпольного бойцовского клуба. Здесь главное – не победа, а умение терпеть и наслаждаться болью…

Премьерные показы «Бойцовского клуба» состоятся 30 и 31 мая. Телефон кассы театра: 503-504.

смотреть фото

«Культура Алтайского края»: Заслуженному артисту России Валерию Лагутину исполнилось 60 лет – в Молодёжном театре Алтая он служит с 1981 года

Заслуженному артисту России Валерию Лагутину в октябре 2018 года исполнилось 60 лет. В Молодежном театре Алтая он служит с 1981 года.

– О работе в театре я никогда не думал и, тем более, не мечтал. Я с детства занимался в цирковой студии при ДК котельщиков. У меня был концертный номер жонглера-эквилибриста. Назывался – «Свободная лестница». Я появлялся с ней на сцене и, жонглируя разными предметами, поднимался все выше и выше. И это было здорово. Вертикаль!

– Так она что, никак не крепилась?

– Нет, конечно. В эквилибристике главное – удерживать равновесие. Однажды, правда, чуть не грохнулся с порядочной высоты. Подвела конструкция. Каким-то чудом все обошлось.

– Ну а в театре-то как вы оказались?

– Можно сказать, случайно. Пришел за компанию с однокурсниками. Я учился в АГИКе у Виталия Ивановича Шабалина, а когда он ушел работать главным режиссером в ТЮЗ на Пионеров, 2, я доучивался у Георгия Ивановича Ярлыкова. В дипломном спектакле по пьесе Максима Горького «На дне» играл Барона. Конечно, я и представить себе не мог, что через несколько лет, уже работая в МТА, буду играть Луку в спектакле Алексея Песегова.

– Я так любила этот спектакль! Наконец-то Лука стал для меня интересным человеком. Возможно, потому, что он не был старым, косматым, елейным проповедником в лаптях и с посохом в руке. А может, потому, что ваш герой был умным красивым мужчиной с загадочной биографией? Не знаю. Но в нем сквозила тайна бытия. И это настораживало, притягивало, волновало. Откуда что бралось? Как это все рождалось?

– Поначалу репетиции шли трудно: мы с Алексеем Песеговым не совсем понимали друг друга. Ведь в нашей работе очень многое зависит от взаимоотношений с режиссером, от его видения будущего спектакля, от атмосферы на репетициях. И только потом, когда мы ближе познакомились, выяснилось, что наше восприятие жизни, интересы, взгляды на многие проблемы совпадают. Мы подружились. И, знаете, роль пошла.

– А что было характерным в работе режиссера с актерами?

– Алексей Песегов умел настроить актера на встречу с персонажем. На репетициях он вводил нас в подтекст роли, учил подмечать особенности биографии, выявлять индивидуальные черты характера, обращать внимание на «оговорки». Он призывал ловить мелочи.

– Вы пришли работать в ТЮЗ в 1981 году, когда главным режиссером театра был Захар Исаакович Китай?

– Да. Я до сих пор испытываю чувство благодарности за уроки актерского мастерства, которые мы с ним проходили. Захар Исаакович учил нас подавать своего героя, не зажиматься, идти от партнера, от ощущения сценического пространства. И еще – он очень много занимался с нами сценической речью. Когда мы приехали на гастроли в Благовещенск, то увидели на заборах афиши-плакаты о наших спектаклях. По тем временам это выглядело классно. Все-таки восьмидесятые годы. В Благовещенске я и сыграл свою первую большую роль – курсанта Сенечки в спектакле «Счастье мое» по пьесе Александра Червинского. До сих пор вспоминаются наши репетиции с режиссером Михаилом Бычковым. Счастье было в том, что мы, глубоко погрузившись в эту историю, открывали для себя не только судьбу героев, но и жизнь страны. У нас было поистине творческое общение. А это, как говорится, дорогого стоит. Постепенно, работая с такими режиссерами, как Михаил Бычков, Сергей Красноперец, Андрей Зябликов, я научился отпускать себя от зажима на сцене. Я не уставал от репетиций. Наоборот, они наполняли меня энергией.

– Ну вам и с драматургией повезло: Антон Павлович Чехов, Александр Сергеевич Пушкин, Карло Гоцци, Никколо Макиавелли, Жан Расин. Что-то невероятное творилось тогда в ТЮЗе на Пионеров, 2. Вам даже перепало играть злую волшебницу Моргану в спектакле «Любовь к трем апельсинам» в режиссуре Андрея Зябликова. Ваш персонаж был отчаянно раскрепощенным, заразительным. Так страшно вращал глазами, хохотал и задирал ноги, что не оставлял никакого сомнения в том, что перед нами итальянская комедия дель арте. И даже небольшая роль Тесея в спектакле того же режиссера по пьесе Жана Расина «Федра» запомнилась жестким, выразительным, точно найденным рисунком роли. Признаюсь, я высоко ценю стильные постановки. Смотришь их и как будто путешествуешь по свету вместе с героями спектакля. Но при условии, конечно, что будет опытный, толковый навигатор-режиссер. Думаю, что это главное условие для успешной постановки.

– Вот и я так считаю, что у режиссера с актерами должен быть конкретный и ясный договор. А высасывать историю из пальца – пустая затея. Я еще раз убедился в этом, когда мы работали над спектаклем «Шинель». Ну не шла у меня роль портного Петровича. Не шла. Потом подключился к процессу режиссер Вячеслав Кокорин. Посмотрел репетицию и сказал про моего героя заветные слова: «Он – алкаш. Но талант свой не пропил». И все. Зерно образа было найдено.
На спектаклях каждый раз возникает что-то неожиданное в интонациях партнеров, в атмосфере происходящего, и ты начинаешь играть роль чуточку подругому. Сами собой рождаются живые реакции. Актер и персонаж – связь бездонная. Для меня Порфирий Петрович в «Преступлении и наказании» Достоевского (режиссер Олег Пермяков) – любимая роль. Там есть пространство свободы в материале.

– А как вам работалось с молодым режиссером Русланом Гарибовым над пьесой Олега Богаева «Русская народная почта»?

– Руслану я доверился. Мы вместе сочиняли роль. Что-то отметали, что-то казалось убедительным. Главное, мы понимали друг друга!

От автора

Петрович Лагутина – мужчина видный, основательный. А то, что выпивает – дело житейское. Остроглазая жена Петровича (Любовь Хотиёва) прячет спиртное от мужа, а он все равно находит заветный пузырек в тайниках своей одежды. Да еще на жену бранится: «Варварка! Немка! Стерва!» Сидит на портняжном столе, смотрит вдаль. К бутылочке прикладывается. Ножницами пощелкивает. Лицо пьяное, дурное. А в глазах – тоска смертельная. А тут еще Акакий Акакиевич (Игорь Бочериков) свою старую, залатанную шинель притащил. «Нет, нельзя починить! Что деньги понапрасну тратить? Не буду работу убивать». Говорит убежденно и веско, как профессионал высокого уровня. Но как преображается Петрович, когда наступает время работы! С каким удовольствием и гордостью оглядывает Акакия Акакиевича в новой шинели! Глаза – веселые. На лице – улыбка.

А потом, по ходу развития истории, Валерий Лагутин появится в роли, обозначенной в программке, как «Важное лицо». Такое важное, что и не узнать сразу. Надменный взгляд, отрывистая речь, голос высокого регистра и грубая, визгливая брань в адрес несчастного, ограбленного Акакия Акакиевича. Полное перевоплощение. Небольшой эпизод, сыгранный в жанре психологического гротеска, потрясает. И так тоскливо-горько становится, что жизнь идет, идет и проходит. И что не было в ней ничего хорошего, кроме новенькой шинели. Да…


Спектакль «Русская народная почта» получился исповедальным. Экзистенциальные мотивы одиночества вышли на первый план, проникли в самые потаенные уголки души. Не могу смотреть этот спектакль без слез: столько ассоциаций! Когда-то персонаж Лагутина – Гаев в спектакле режиссера Виктора Захарова «Вишневый сад» (1996) говорил: «Все нас бросают… мы стали вдруг не нужны». Фраза короткая, а тема – вечная. Вот и у нынешнего героя Валерия Николаевича, Ваньки Жукова, такая тоска лежит на сердце, что не отстраниться и не избыть. Потому и походка стариковская, и спина согбенная. А лицо… Нет, это надо видеть! Жесткая графика судьбы пожилого человека. Одиночество прекрасно переносится в хорошей компании, а когда и обратиться-то не к кому? Вот и пишет Ванька Жуков письма самому себе на старом чемодане. И отвечает на них воспоминаниями и общением с миражами. Одиночество – большое испытание для человека. А моноспектакль – большое испытание для актера. Здесь сходится все. И умение обжить текст роли, и умение наполнить его мыслью, и умение прикоснуться к тайникам сердца. Человек на сцене, человек в зале. Всегда есть о чем поговорить, потому что спектакль – это и проповедь, и исповедь. Слишком много вопросов накопилось…


В спектакле режиссера Василия Лукьяненко «Четыре веера из шкатулки» Валерий Лагутин играет мудрого Гидаю – рассказчика моногатари, японских народных сказок. Актер появляется на сцене в черном кимоно. У него длинная седая борода, а на голове – маленькая шапочка. В руках резная черная шкатулка. Говорит на японском языке. После небольшого, но впечатляющего пролога Гидаю удобно расположится на скамеечке у левого портала малой сцены, откроет шкатулку и взмахнет веером. Возникнет первая сказка, потом вторая, третья, четвертая. Поначалу кажется, что Гидаю только зритель, погруженный в действие, но очень скоро станет понятно, что сказки, сменяющие друг друга, сочиняются им. И что у каждой сказки – свой веер, свой воздух, своя судьба. А чудесный Гидаю, главный персонаж моногатари, сочинитель и волшебник, напомнит нам при прощании: «Мы все друг другу братья под сакурой в цвету»!

Елена Кожевникова

Источник: «Культура Алтайского края»

«Культура Алтайского края»: что за «Кысь» такая?

В свежем номере журнала «Культура Алтайского края» опубликовали статью Юлии Нифонтовой, которая побывала в Молодёжном театре Алтая на спектакле «Кысь» по роману Татьяны Толстой. Предлагаем ознакомиться с ней.

Премьера спектакля «Кысь» по роману Татьяны Толстой (инсценировка – Евгений Арзамасцев, режиссер-постановщик Марина Шелевер, кстати, оба – новосибирцы) состоялась 21 ноября 2018 года в Молодежном театре Алтая им. В.С. Золотухина. В этот день Молодежному театру исполнилось 60 лет, и спектакль «Кысь» стал творческим подарком зрителям.

Мне посчастливилось увидеть спектакль (это был уже четвертый показ) 26 января нынешнего года. Поразило то, что в зале не было ни одного свободного места, а на входе, как в старые, давно забытые времена, спрашивали лишний билетик.

Честно признаться, шла на спектакль с затаенным страхом, потому что роман «Кысь» – одно из моих любимых, неоднократно перечитываемых произведений, а режиссерская концепция даже незыблемо классическую литературную основу способна перевернуть с ног на голову, что уж говорить о постапокалиптической фантазии современного автора, которая так и притягивает смелые сценические эксперименты.

В анонсе к спектаклю сказано: «События в «Кыси» происходят в будущем, спустя 200 лет после гипотетической катастрофы, которая повернула историю вспять, погрузив цивилизацию в языческую эпоху, этакое русское средневековье. В котором, как говорят герои, уже изобретено колесо и недалек тот день, когда они научатся обжигать горшки и изобретут коромысло…»

Причина всему – взрыв, и действие начинается именно с него – ослепляющего ядерного гриба, реалистично спроецированного на сценический задник. После пылающего огненного зарева пространство холодеет, и с темного синего неба падают крупные снежные хлопья. На сцене, подобно перекати-полю, движутся темные силуэты, из которых прорастают руки, ноги и, наконец, оформляются странные фигуры (человеческие? или уже нет?). Взрыв навсегда разделил мир и время на «до» и «после».

События происходят в городе Фёдор-Кузьмичске на том месте, где прежде была Москва. Зритель наблюдает особый мир со своей культурой, языком, и даже сам род человеческий заметно видоизменился. Я заранее, опасаясь за результат, раздумывала над тем, как будут показаны в спектакле довольно жуткие мутанты, действующие в произведении Татьяны Толстой, и была приятно удивлена изящным – костюмным – решением задачи. Например, одна из героинь, исходя из текста романа, с ног до головы усыпана петушиными гребнями, в костюме их заменяют оборочки, которые не внушают отвращения и не отвлекают от сути образа.

Что же такое «кысь»? Как и в романе Татьяны Толстой, в спектакле кысь не явлена зрителю, а существует лишь в народных преданиях, страшных рассказах да затаенном страхе главного героя. Воспоминание о кыси приходят к нему во времена одиночества и печальных раздумий. Кажется ему, что чудовище крадется за ним, глядит в спину, хочет напасть, загрызть, испить крови. Мой вывод: кысь – аллегория человеческих страхов, всего пугающе необъяснимого и самого плохого, что сокрыто в душе человека.

«И тревога холодком, маленькой лапкой тронет сердце, и вздрогнешь, передернешься, глянешь вокруг зорко, словно ты сам себе чужой: что это? кто я? Кто я?!..» – пишет Татьяна Толстая.

Главный герой Бенедикт (Александр Савин) поначалу воспринимает мир вокруг себя с радостным удивлением, не осознавая степень его беспросветного убожества. Нравятся ему и жуткие забавы горожан, и нехитрый стол, где главным блюдом являются мыши, и одурманивающее зелье – ржавь. Приведу эмоциональный комментарий Татьяны Ефановой со страницы МТА ВКонтакте, где зрители делятся мнениями о спектакле: «Как же я забыла про РЖАВЬ?! Ведь это… есть единственная цветная отрада для серых потухших человечков-угольков, человечков-мышек, которые ее курят, получая единственный кайф в жизни. Так было и будет даже в постапокалиптическом мире!? Было бы смешно, если бы не было так страшно…»

Создатели спектакля определяют жанр постановки как «сказ о поиске утраченной духовности». Искания Бенедикта проявляются в пристрастии к чтению, только, к сожалению, существа, подобные ему, не способны пока к чуткости, состраданию, справедливости, любви. Главными носителями духовного наследия являются так называемые «Прежние», те люди, которые существовали до взрыва и чудесным образом живут третье столетие не старясь. Из Прежних была и матушка Бени (Галина Чумакова), которая, как может, прививает культуру неразумному сыну. Книга становится для Бени главным богатством. Однако в новом мире книги под запретом, жителей пугают некой заразой, что приключается от старопечатных книг. Сам же Беня переписывает в «рабочей избе» на берестяные грамотки то, что (якобы) сочиняет Наибольший Мурза (на самом деле это страницы, вырванные из старых книг). К сожалению, даже огромное количество прочитанного не приближает ни на йоту главного героя к культурному уровню «Прежних». Поистине справедливо высказывание Будды: «Всю жизнь проведет глупец подле мудрого и нимало не познает истины, как никогда ложка не поймет вкуса пищи…»

Актерский состав, надо отметить, подобран великолепно, что ни образ – то попадание в десятку. Самая начитанная и сообразительная коллега главного героя – Варвара Лукинишна (актриса Юлия Юрьева), Варсонофий Силыч, Большой Мурза (Евгений Быков), жена Бени Оленька (Светлана Лепихина), грозный тесть Кудеяр Кудеярович (Анатолий Кошкарёв), ограниченная теща Феврония, озабоченная исключительно едой (Анастасия Воскобойник), лукавый ёрник, правитель города Фёдор Кузьмич (Андрей Потереба).

Но выделить среди других хочется актерскую работу Александра Чумакова в роли Никиты Иваныча. Это один из центральных персонажей, выходец из «Прежних», служит Главным Истопником и никого, в отличие от рядовых голубчиков, не боится. Он единственный борец с костной тупостью и деспотией. Главный Истопник помнит классическую поэзию, музыку, улицы Москвы, Никитские ворота, старый Арбат, памятник Александру Пушкину. Никита Иваныч пытается если не возродить, то хотя бы обозначить былое и привлекает к этому Бенедикта. Совместно они воздвигают памятник Пушкину: он теперь стоит на прежнем месте, однако вышел угловатым, необтесанным да к тому же шестипалым. Энергетически наполненная игра Александра Чумакова помогает зрителям увидеть в образе Никиты Иваныча человека страдающего, вынужденного жить среди всеобщего невежества, подчиняться средневековым порядкам, бороться с косностью и первобытностью, сознавая тщетность своих усилий.

Хорошо, что постановочная группа не пытается объять необъятное и не следует за всеми сюжетными линиями романа. Например, в постановке отсутствуют сцены праздничных «развлечений» горожан, после которых они подсчитывают увечья. Не использован в инсценировке и секрет Бени – «последствие» в виде хвоста, соответственно, нет и сцены отрубания хвоста при подготовке к бракосочетанию с Оленькой. Создатели спектакля убрали то, без чего можно было обойтись, оставив главное, но и при ювелирной обработке объемного романа Толстой двухактная постановка длится два часа сорок минут. Вместе с тем информационная и образная насыщенность таковы, что спектакль смотрится на одном дыхании, а время проносится незаметно. Прекрасно дополняет и выявляет действо музыкальное оформление спектакля.

Полностью разделяю мнение Натальи Маркеловой, высказанное ею на странице МТА: «Слава Евгению Арзамасцеву, великолепная игра актеров держала до самого конца. Меня настолько заинтриговал сюжет спектакля, что захотелось прочесть книгу, а потом опять пересмотреть эту постановку. Визуализация, свет, музыкальное сопровождение – будто и не в провинциальном театре находишься…»

Сценография заслуживает отдельного отзыва. Это серьезная работа, которая помогает зрителю окунуться в атмосферу совершенно иного, своеобразного мира, разделенного на серое монохромное пространство простых голубчиков (черни) и вычурно яркое – знати (чертоги Наибольшего Мурзы, дом Главного Санитара Кудеяра Кудеяровича). Притом представители так называемого высшего класса столь же невежественны и еще менее культурны, чем простой люд. Контрастный цвет еще раз подчеркивает ограниченность и грубость власть имущих – в какие бы великолепные наряды они ни рядились и в каких бы помпезных интерьерах ни обитали. Все по-настоящему ужасное выделено яркими пятнами, которые особенно выпукло смотрятся на сером фоне повседневной жизни рядовых голубчиков. Недаром один из самых страшных кошмаров простых людей – красные сани, в них сидят санитары в красных колпаках с огромными крюками. Всем жителям хорошо известно: никто из взятых красными санитарами не вернулся назад. Великолепная работа художника-постановщика Ольги Смагиной (Новосибирск) помогает выявить глубинную суть произведения.

Главный герой, недалекий, но милый и безвредный голубчик Беня, к концу второго акта становится Санитаром. Как это происходит: добрый человек вдруг становится страшным и безжалостным? Попав в мир властителей, герой принимает его пороки: зависть, подозрительность, властолюбие. Главный герой оказывается втянутым в государственный переворот, вместе с тестем, Главным Санитаром, они убивают правителя. Достаточно ли Бене этой власти? Нет, он хочет иметь все книги на свете и подозревает каждого, мол, прячут от него драгоценные издания. Даже обладание всеми книгами не способно пробудить утраченную духовность. Недаром грозный тесть Кудеяр Кудеярович бросает Бене обидные слова: «Кысь – это ты и есть!»

Возненавидев мир, Беня меняется до неузнаваемости: «Я не хотел, нет, нет, нет, не хотел, меня окормили, я хотел только пищу духовную, – окормили, поймали, запутали, смотрели в спину! Это все она – нет ей покою… Подкралась сзади – и уши прижаты, и плачет, и морщит бледное лицо, и облизывает шею холодными губами, и шарит когтем, жилочку зацепить… Да, это она! Испортила меня, а-а-а-а, испортила!»

Спектакль, безусловно, рассчитан на подготовленную думающую публику, даже знаменитый роман Татьяны Толстой не все могут воспринять с первого прочтения, то же касается и постановки. Запомнилось высказывание одного зрителя после просмотра: «Что за кысь такая, ничего не понятно».

Да, эксцентричная этноцентрированная постапокалиптическая антиутопия, как называют произведение умные искусствоведы и философы, вещь непростая. Тем интереснее разбираться, размышлять, открывая нюансы, смыслы, подтексты, которых бесконечное множество: что будет с этим миром, возродится ли культура или же навеки погрязнем во тьме?

Источник: «Культура Алтайского края»

Афиша
Новости
Соцсети