«Алтайская правда»: незабываемая Бабушка и другие – как прошёл в Барнауле театральный фестиваль им. Золотухина

В воскресенье в Барнауле завершился Пятый Всероссийский молодёжный театральный фестиваль им. В.С. Золотухина.

Организатор – Молодёжный театр Алтая – символически проводил своих гостей, двенадцать театров со всей России, в импровизированном «аэропорту» на малой сцене, жюри вручило награды за конкурсные постановки. Гран-при фестивальное жюри присудило одновременно трогательному и пугающему спектаклю «Петерс» Новосибирского государственного драматического театра «Старый дом» по рассказу Татьяны Толстой, режиссер – Андрей Прикотенко. А вечером на основной сцене состоялся последний показ: Российский академический молодёжный театр (РАМТ, Москва) привез в Барнаул трехчасовой спектакль «Свои люди – сочтёмся» по Островскому.

Надежды и лучшие работы

Хоть члены жюри и подчеркивали, что в искусстве не бывает соревнования, на некоторые награды было несколько претендентов. Но диплом в номинации «Лучшая женская роль» единогласно присудили Ольге Червовой, сыгравшей бабушку Екатерину Петровну в спектакле Кемеровского театра для детей и молодежи «Фотография, на которой меня нет» по рассказам Виктора Астафьева. Председатель жюри, режиссер, драматург и театральный педагог Адольф Шапиро даже попросил режиссера спектакля Ирину Латынникову передать актрисе, что ее часто вспоминали на протяжении всего смотра: «Героиня у нее получилась незабываемая. Какой и должна быть настоящая бабушка!»

Театральный критик, журналист и член жюри крупных фестивалей Марина Шимадина, вручая диплом для Михаила Тихомирова (исполнителя главной мужской роли в спектакле «Врач» Лысьвенского театра драмы), тоже просила передать артисту восхищение его «сложной и большой работой», вполне соотносимой с работой его персонажа. Еще одна актриса из этого спектакля, Маруся Киликеева, сыгравшая акушерку Анну Николаевну, получила специальный диплом «Надежда сцены», который вручается артистам не старше 25 лет.

За лучшие роли второго плана наградили Юлию Миневцеву (Завуча из спектакля «Чужие письма» Челябинского Молодежного театра) и Андрея Одинцова из МТА за роль Плюшкина в «Мёртвых душах». Анастасия Копылова удостоилась диплома за лучшую работу художника в спектакле «Сахарный ребенок» Нового молодёжного театра Нижнего Тагила (эта же постановка, рассказывающая о жизни семьи «врага народа» в 1930–40-е годы, награждена специальным дипломом как важное художественное высказывание). А спектакль Няганского ТЮЗа «Звёздный час по местному времени» был отмечен за лучшую работу режиссера Сойжин Жамбаловой. «Интуиция» Алтайского театра драмы получила специальный диплом за лучший актерский ансамбль.

Молодое явление

Фестивальная неделя вмещала не только показы двух (а то и трех) спектаклей в день, но и учебу для широкого круга специалистов, связанных с театром: директоров, заведующих литературно-драматургической частью, режиссеров, театральных педагогов. Семинары и мастер-классы провели сотрудники московского РАМТ. О возрастных особенностях восприятия театра рассказала режиссер-педагог Алла Лисицина. Ссылаясь на работы светил советской психологии Эльконина и Выготского, она заявила, что малышам до года в театре делать нечего, да и до трех лет они там мало что могут понять, что вызвало протесты со стороны театров, экспериментирующих с беби-спектаклями.

– Детский театр – явление российское и очень молодое, ему чуть больше 100 лет, тогда как драматический театр для взрослых существует больше 2 тысяч лет, – напомнила Алла Евгеньевна. – В 1920-е годы считалось, что для ребенка игра – естественное состояние, поэтому детский театр должен быть исключительно игровым. Спустя всего 10 лет появилось мнение, что дети очень хорошо понимают условность, им доступна абстракция. А сейчас существует столько видов театра, что я даже не возьмусь перечислять, из последних – сторителлинг и вербатим.

Алла Лисицина говорит, что эстетическое развитие ребенка начинается еще до его рождения, когда он может слышать мамин голос, пение и хорошую музыку. Но вот после рождения и до года ему не нужно ничего, кроме мамы и того, что она может показать. Концентрация внимания в этом возрасте – секунд пять. «Кому нужен беби-театр? Родителям, мамам. Я не противница беби-спектаклей, просто давайте это будет спектакль для мамы, которая пришла в театр с ребенком», – настаивает педагог.

В промежутке от нуля до шести лет (таковы стандартные возрастные цензы) в психике детей происходят «космические изменения». Если до трех лет, по словам Лисициной, ребенок только знакомится с миром и может выдержать зрелище до 15 минут, то в 4–5 лет уже смотрит кукольный спектакль в двух действиях по полчаса, но непременно с хорошим концом. Истории с печальным финалом дети готовы принять где-то в семь, с 10 до 13 начинают любить страшилки (хороший пример тут – спектакль для подростков «Василисса»). А с 13 это уже взрослые люди, которым доступны любые метафоры, символы и иносказания, но интересны, прежде всего, истории «про себя». Гостей семинара интересовало, обязательно ли ребенку досиживать спектакли до конца (ответ – нет) и как избежать организованного зрителя, то есть школьных классов – кошмара любого спектакля.

Любовь Карпова

Источник: «Алтайская правда»