«Алтайская правда»: в Молодёжном театре Алтая показали «музыкальный миф»
В Молодёжном театре Алтая представили спектакль «Яга», жанр которого определили как «музыкальный миф».
Это именно то, о чем вы подумали: мюзикл о становлении главной антагонистки в русском фольклоре – Бабы-яги. А еще точнее, о ее молодости и любви – страстной, трагической и разрушительной. Иначе откуда бы взялась такая ведьма?
Эстетика фэнтези
Композитор и автор идеи Андрей Григорьев и известный современный драматург Мария Малухина (ее перу, в частности, принадлежат пьесы «Василисса» и «Ноябрьский зов», которые с успехом идут в МТА) черпали вдохновение в славянской мифологии и неоязычестве – тут вам и вещая птица Гамаюн, и река Смородина с Калиновым мостом, и колодцы с живой и мертвой водой. А вот постановочная группа, скорее, опиралась на эстетику славянского фэнтези. Так что костюмы художницы Ольги Смагиной максимально далеки от стереотипных кокошников или вышиванок.
Режиссер-постановщик Дарья Догадова объясняла: «Мое любимое слово – «синтез». Многих культур, временных эпох. Мы стремились погрузиться в более архаичный мир, дикий, племенной, где все краски чувств однозначные и яркие, без налета сентиментального психологизма».
Вообще-то этих миров на сцене два: затерянное в лесах княжество, в котором живут сильные мужчины и прекрасные женщины, мирное и прелестное, «как резная шкатулка». Второй – мир потусторонний, вселенная славянских богов и странных существ, что-то вроде леса из прозрачных белых ленточек до самого пола. Здесь богиня Мара-Морена (актриса Светлана Лепихина) и птица Гамаюн (Антон Нечаев) рассуждают о неотвратимости судьбы, против которой бессильны и боги.
Впрочем, безымянное княжество хорошо лишь на вид: да, люди симпатичные, но почему-то травят осиротевшую дочку мельника хромоножку Ягу (заглавную роль играет актриса Елена Логачёва). Не стесняются дразнить, сочиняют небылицы про ее увечье, мечтают разорить ее старую мельницу. А на праздник Ивана Купалы и вовсе чуть в костер не кидают за то, что она не желает веселиться, как все!
Уйдя от недобрых односельчан в таинственный лес, Яга той же волшебной ночью спасает застрявшую в ветвях дерева птицу Гамаюн. И в благодарность получает от богини Мары дар сильнейшего ведовства и практически бессмертие (а ее выразительные лохмотья сменяются лохмотьями изящными и шелковыми). В подарок ей достаются блюдо и яблоко для гадания, а в помощь – Двое из Ларца, которые и старую мельницу починят, и летать на метле научат.
Вернулись к истокам
Односельчане сразу замечают в ней перемену: она больше не хромает, лжецам не мелет зерно в долг, зато хлеб из ее муки обладает целебными свойствами. Да что там, у презираемой всеми девушки вдруг появляются женихи! Правда, она выбирает свободу и наслаждается своей силой. Но однажды дочка князя Забава (Ольга Жучкова) подбивает своего отца принести быков в жертву богу Велесу, чтобы в княжестве, наконец, наладилась торговля, а у нее появились достойные женихи. А Велес возьми да и явись лично: сначала в образе нищего, а потом – в виде витального мужчины в костюме кочевника и медвежьей шубе (Роман Чистяков). Ему наскучило в одиночку странствовать между мирами и захотелось жениться. Но между красивой и высокомерной дочкой князя и скромной, милосердной Ягой он на свою беду выбирает последнюю, потому что «видит сердцем».
Современный взгляд на проблему злодейства не без некоторых оснований увязывает его с душевной травмой. И в целом ряде фильмов последних лет отрицательные персонажи вроде Малефисенты или Круэллы из «101 далматинца» оказываются жертвами чужого коварства и оттого черствеют душой.
У Яги из мюзикла МТА тоже есть такой поворотный момент: когда ревнивая княжна находит способ разрушить ее счастье, могущественная молодая ведьма решается на страшное преступление, но, раскаявшись, получает второй шанс. Вот только теперь она обречена жить в мире людей и ждать какого-нибудь богатыря, который окажется достаточно силен, чтобы убить ее, – а ведь она почти бессмертна…
– Прелесть истории в том, что мы как бы возвращаемся к истокам, разрушаем стереотипы, чтобы понять, что с героиней случилось, почему она стала такой, – считает актриса Елена Логачёва. – Мы все в коллективе объединились какой-то мифической внутренней силой и как будто действительно попали в сказку, из которой не хочется возвращаться в реальность и серые будни.
Для главного режиссера МТА Дарьи Догадовой все это стало поводом поразмышлять о женской истории и – шире – женском архетипе. А еще немного подвинуть границы театральных жанров:
– Постановка мюзикла дает умение работать в яркой краске и других законах существования: не только жестом или мимикой, а всем телом, всем нутром, голосом. Мне кажется, нам удалось совместить все средства выразительности, которые только возможны. Разве что нет цирковых приемов, чтобы поднять героиню в воздух. Но и без этого в спектакле много вещей, сложных для драматического театра. Артистам нужно выкладываться на максимум во всем – и в пластике, и в вокале, и в проживании. И, на мой взгляд, это хороший тренинг, который сделает их на голову выше.
Любовь Карпова
Источник: «Алтайская правда»
