«Алтапресс»: «Это был гражданский романтизм» – ведущая барнаульская актриса о мудрости, «голой» Смерти и феномене Золотухина

Полвека на сцене – такой грандиозный юбилей в этом году отметила заслуженная артистка России, педагог Нина Таякина. В честь этого в ее родном Молодежном театре Алтая устроили творческий вечер. Altapress.ru артистка рассказала, как в студенчестве «сбегала» в Москву на спектакли с Высоцким, пряталась от билетеров, а также о работе с режиссерами и о феномене Золотухина.

Все должно быть на изломе

– Как прошел ваш творческий вечер?

– Мне трудно судить. Очень волновалась, много думала, нужен ли творческий вечер вообще? Но я влюблена в то, что делаю, и решила, что найдутся еще люди, которые смогут разделить это чувство со мной. Наверное, только так бывает у творческих людей.

Конечно, сложнее всего выступать, когда на тебя смотрят коллеги и ученики. Но мне потом сказали много хороших слов. Так что думаю, вечер прошел достойно.

– Бенефис можно назвать моноспектаклем?

– В какой-то мере так и получилось. Я читала отрывки из Тэффи, воспоминания о «Вишневом саде», стихи Беллы Ахмадулиной из цикла «Времена года», Мандельштама – кстати, по его произведениям раньше шла музыкально-поэтическая постановка.

Долго сомневалась, читать ли Мандельштама – это трагический поэт, к его стихам надо правильно подготовить зрителя. Но его темы гражданина и поэта созвучны с темой любого творчества. Когда на последних строчках все исчезает, остается только пространство, звезды и певец – метафора художника, который через века будет доносить до нас строки Гомера и красоту Микеланджело.

– Сегодня очень редко можно услышать стихи со сцены.

– Время такое. Я стараюсь смотреть по каналу «Культура» передачи, где молодые поэты собираются и читают свои стихи.

Когда мы были молодые, то устраивали в театре поэтические вечера. Читали алтайских поэтов, писателей. И, конечно, классиков – Гумилева, Ахматову, Цветаеву, всех подряд.

– А вы помните, какое стихотворение читали при поступлении в театральный вуз?

– Я читала своего любимого Лермонтова – «Уж зачем ты, алая заря, просыпалася? На какой ты радости разыгралася?». Это из «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова».

Из современного – «Учительница Элькина» Евтушенко (из «Азбуки революции» – Прим.ред). Я трагическая актриса – мне нравится, чтобы все было на изломе.

– Как вы готовились к поступлению (Нина Таякина закончила Горьковского театральное училище – Прим.ред.)? Слушали, как читают стихи другие артисты? Или брали у кого-то «консультации»?

– Обычно у всех поступающих есть какая-то творческая база. Дети занимаются в театральных кружках при школах. В мое время ходили во Дворец пионеров, Дома культуры.

Но я готовилась сама. Просто читала так, как мне нравится. Не всегда и не у всех это получается хорошо. Поэтому иногда на вступительных экзаменах бывает очень весело. Одна знаменитая актриса рассказывала, как на вступительных она, «гэкая», плакала и падала на колени, а вся комиссия смеялась под столом.

Но все равно – когда готовишься сам, то и проявляешься ты сам, какой ты есть на самом деле. А опытный педагог обязательно рассмотрит игровую природу.

Я готовила то, что знала со школы. На уроках мы читали «Мцыри» Лермонтова – я уливалась слезами на моменте боя с барсом. Потом нашла другое стихотворение, которое мне тоже очень понравилось, я его ярко представляла. Но после Лермонтова на вступительных у меня все равно спросили: «А у вас что-нибудь девичье есть?».

Вообще мне больше нравилась мужская поэзия. И больше Ахматова, чем Цветаева. Хотя у Цветаевой – весь излом женской души. Может быть, я думала, что во мне меньше женственности, чем в ее стихах… Зрительный образ все-таки должен совпадать с поэтическим.

– А вы в юности были бойкой девушкой?

– Я была борцом. Выступала в школе против всякой несправедливости. Мне обязательно нужно было выхлестываться, проявляться каким-то образом.

– Но при этом вы любили книги.

– Я даже вела тетрадку, в которой писала, что прочитала, что понравилось, что запомнилось.

Иногда могла что-то от души сочинить, какой-нибудь «белый стих». Но не все записывала, к сожалению. Помню, на 70-летие мамы (а она всегда красилась в рыжий цвет) написала: «Цвет осени тебе идет».

Гражданский романтизм

– Вы уехали учиться в город Горький (сейчас Нижний Новгород – Прим.ред.), за тысячи километров от дома- не было страшно?

– Нет. А все потому, что было стремление быть похожими на своих героев. Иногда смотришь, как играет какая-то артистка и думаешь: «А я сделаю лучше» или: «Ну почему играет она, а не я?».

Я сначала поехала поступать в Ленинград, но не прошла. С этим опытом пришло понимание, что мои герои – недосягаемые небожители. Но я все равно хочу играть – и неважно, где.

В Горьковском училище я училась у Ривы Яковлевны Левите-Дворжецкой, ученицы Юрия Завадского, сокурсницы Эфроса. Она прожила 95 лет, выпустила много учеников. Недавно посмотрела ее биографию, там написано: «Среди воспитанников Левите – Александр Панкратов-Чёрный, Андрей Ильин и др». Так вот я – «и др.».

Из ее биографии узнала, что она после школы сначала поступила на юридический факультет, как и я. Не выдержала и ушла с третьего курса. А я – со второго. Она пошла в студию Завадского – я в училище. Дома у меня был скандал: как же так, из университета – и в училище!

Рива Яковлевна учила нас даже своим обликом – как она заходила в аудиторию, как выглядела, как говорила, как вела себя. Все это оставляло в нас след. Как говорила Аркадина в «Чайке» у Чехова: «Я никогда не выглядела фефелой, не распускала себя. Хоть пятнадцатилетнюю девочку играть». Вот Левите была такая. И судьба у нее, как у чеховской героини, трагическая – она похоронила своего сына, актера Евгения Дворжецкого.

Мне везло на педагогов – глубоких, мудрых. Я же сама не всегда себя так вела. Когда у Ривы Яковлевны случилось несчастье с сыном, я два года ей не звонила. Хотя до этого мы постоянно были в переписке, созванивались. Просто не знала, что сказать. А когда, наконец, позвонила, услышала ее голос в трубке: «Ой, Ниночка!». И мы очень долго разговаривали. И думаю – дура ты, дура, Ниночка, чего ждала, надо было раньше позвонить…

– А как сложилась судьба ваших однокурсников?

– Из девочек в артистки ушла только я. Другие стали преподавать, одна работала ведущей в филармонии. Мальчишки почти все ушли в режиссуру.

До сих пор переписываюсь с Александром Мюрисепом – он заслуженный артист, служит в Нижегородском театре драмы. Уникальный человек – играет роли, ставит спектакли, пишет книги.

– Есть ли у вас какие-нибудь теплые воспоминания об учебе?

– Как с подружкой на выходных ездили в Москву. От Горького до столицы – ночь на поезде. В субботу и воскресенье мы ходили на спектакли, а утром в понедельник возвращались на учебу. За два дня взахлеб могли посмотреть четыре-пять спектаклей.

– Куда ходили, что смотрели?

– Конечно, на Таганку. Прорывались туда с боем. Стояли на одной ноге на балконе.

Обычно в театр всегда пропускали студентов. Но однажды мы приходим на «Отелло» в театр на Малой Бронной, а нам говорят: «Мест нет!». А мы понимаем, что в другой раз на спектакль можем и не попасть.

И тут я вижу, что у входа стоит сам Эфрос и разговаривает с какими-то женщинами. Я снова подхожу к билетеру и говорю: «Я к Анатолию Васильевичу, мне к нему на минуточку надо!». Подхожу к ним, стою минуту-две. Эфрос раз на меня покосился, два, потом говорит: «Здравствуйте!», а я: «Ой, наверное, я вам мешаю, я отойду!» – и бегом в гардероб. А потом, дрожа, пряталась от контролеров по углам на втором этаже, ждала, пока поскорее выключат свет, чтобы занять какое-нибудь свободное местечко.

– В чем был феномен Таганки?

– Юрий Любимов (тогда он занимал должность главного режиссера – Прим.ред.) очень чутко чувствовал время. И подбирал актеров, в которых соединялись гражданственность, талант и веяния времени.

Тогда поэты собирали стадионы – Евтушенко, Вознесенский, Высоцкий. Молодежь страстно упивалась их стихами. Они были одержимы не желанием купить новую кровать, диван, квартиру, а бурлящей жизнью, творчеством. Я бы назвала это гражданским романтизмом.

Высоцкого я видела в роли Лопахина и Гамлета – конечно, этого забыть нельзя. Мне кажется, что сейчас так сложно найти хорошего исполнителя на роль Гамлета, потому что это должно быть соединение личности и того самого гражданского романтизма. Гамлет должен быть поэтом. Иначе все превратится в бытовую историю о том, как сын мстит за отца, без всякого философского звучания.

– А Золотухина видели на Таганке?

– Да, видела его в «Вишневом саду», он играл Петю Трофимова.

– Вы знали, что он ваш земляк?

– Не помню, не буду врать. Возможно, знала, но не принимала близко к сердцу. Но когда узнала его поближе – а я была педагогом его курса в Алтайском институте культуры – для меня он стал иконой русскости.

Его уникальный голос – это потрясение. Особенно хорошо Золотухин раскрывается в песнях. Когда он поет – такое ощущение, что можно кинуться к нему, обнять, поцеловать, просто и по-свойски, рассказать ему что-то свое – и он обязательно поймет.

– Есть такое устойчивое убеждение, что раньше артисты играли лучше. Вы с ним согласны?

– От поколения к поколению мир меняется, меняется и манера игры.

Даже театры в одно время предлагали разные манеры игры. Например, в «Современнике» говорили очень естественно, как в кино, ничего не наигрывая. В Таганке говорили громко, пафосно – звучание совсем другое.

Но что обидно – это 90-е годы, когда произошел разлом, потеря почвы под ногами, своей социально-гражданской идентичности. Я наблюдаю поколение мальчишек и девчонок, которые не следят за современностью. Мы знали всех своих современников, которые играли и в театре, и в кино – Высоцкого, Демидову, Румянцеву и других, восторгались ими. А они не знают своих артистов, но зато прекрасно знают голливудских. И уже воспитаны на западной манере игры.

Пошел другой тип актеров – сейчас мало таких «глыб», чтобы выдавались и ростом, и статью, и громким голосом. Сейчас артисты «помельче». Это не лучше и не хуже – они другие.

«Слепые» пионеры и «голая» Смерть

– Помните свой первый рабочий день в ТЮЗе (прежнее название Молодежного театра Алтая – Прим.ред.)?

– Это была осень 1971 года. Я зашла к главному режиссеру Владимиру Чернину, сказала, что закончила Горьковское театральное училище, вот мой красный диплом. Тут живут мои родители, жилья мне не надо. Нужна ли я вам тут? Он сказал: «Идите, оформляйте документы».

Меня сразу же стали вводить в спектакль «Вечно живые» на главную роль Вероники. Это стало моей «проверкой». Артисты удивились моей ретивости, тому, что я даже на репетициях все делала по-настоящему – и рыдала, и целовала. Я говорю: «Ну как учили, так и играю, иначе это будет вранье». И дальше пошло-поехало, много разные интересных ролей удалось сыграть.

Режиссер Михаил Бычков, который сейчас руководит театром в Воронеже, ставил «Бумажный патефон» по пьесе Червинского. Главной героине в произведении – 17 лет, а мне уже было 30. Прочитала пьесу дома, заплакала – потому что поняла, что это должна быть моя роль, но мне ее не дадут, по возрасту не подхожу. Но когда увидела распределение, была поражена – Бычков дал эту роль мне. Это было такое счастье! Я все думала – как он угадал, что я хотела именно ее?

– А как складывалась работа с другими режиссерами?

– Моим «крестным отцом» был Захар Китай. Он задал мне планку, дал актерский трамплин. Например, я сильно выросла в спектакле «Поэма о любви» – это история казахских Ромео и Джульетты. Помню, специально из Алма-Аты нам привезли красивые шапки, костюмы, украшения.

Для постановки пластики он пригласил Андрея Дрознина, с которым я потом училась в Щукинском училище на режиссерском факультете. Дрознин ходил с чемоданчиком, в котором были разные чаи, он себе заваривал для здоровья. Всегда был очень худым. Потом он стал настоящей звездой, ставил спектакли в Студии Табакова, Московском ТЮЗе, новосибирском «Глобусе», работал по пластике с актерами и студентами во многих театрах.

Потом Бычков поставил одиозный спектакль «Прости меня» по Астафьеву. Мы сыграли его всего два раза, и постановку закрыли.

История в постановке следующая – мальчик уходит на фронт, и за ним по пятам ходит Смерть. Когда его раненого положили в госпиталь, она снимает с себя бушлат, и зрители видят, как голая Смерть ложится рядом с ним. То есть, она, как женщина, хочет его соблазнить, забрать с собой. А я – медсестра Лида – ее прогоняю.

Обнаженная Смерть не понравилась крайкому партии. Хотя она не была совсем голой – актриса Елена Зотова (сейчас она работает в театре драмы) надевала телесные тонкие колготки и натягивала их выше груди, все было закрыто. Еще не понравилось, что в госпитале пионеры пели в черных очках. Задавали вопрос: «У нас что, пионерская организация слепа?». Режиссер не захотел ничего менять. Спектакль закрыли, а Бычков тут же подал заявление об уходе.

Мой муж, Виктор Захаров, подходил к театру как к дому. Все знали, что я не получу главную роль только потому, что я его жена. У него я исполнила только две главные роли, но одна из них – Раневская – роль всей жизни.

Так сложилось, что у меня сейчас осталась только одна роль в театре – бабушки в спектакле «Валентин и Валентина» Алексея Бурдыко. Свой столик в гримерке я делю вместе со своей ученицей Дашей Чиж, которая только пришла в МТА.

– Какими качествами обладает хороший режиссер?

– Талант, ощущение сегодняшнего времени. А про работу с актерами сложно сказать. Тактичность? Ерунда. Бычков иногда доводил меня до слез. Он не вмешивался в то, что я делаю. Но когда наступал момент, когда я не знала, как играть и спрашивала у него, он отвечал: «Ты играешь эту роль. Почему ты спрашиваешь? Делай». Я начинала рыдать, он смягчался: «Ну, давай думать».

Многие говорят, что режиссер должен быть еще и педагогом, но я считаю, что не всегда это уместно. Все-таки он должен знать, чего он хочет и попытаться разными способами это сделать. Тогда получится хорошо, даже если в работе есть неприятие, слезы и прочее.

– Самая главная пьеса всех времен и народов, по вашему мнению?

– Банально, но «Вишневый сад». Удивительно, что Чехов в свои 40 с небольшим смог написать Фирсу такие слова – «Прошла жизнь, словно и не жил». И до сих пор пьесу ставят, и ищут в ней что-то новое. А все потому, что написан «Вишневый сад» про человека – это самое важное.

Что известно о собеседнице

Нина Таякина родилась 2 апреля 1949 года в Барнауле.

В 1971 году окончила актёрский факультет Горьковского театрального училища, позже режиссёрский факультет Театрального училища имени Бориса Щукина.

Сразу после учебы стала работать в Алтайском ТЮЗе. К бесспорным актёрским удачам относятся роли Раневской в спектакле по пьесе Антона Чехова «Вишнёвый сад», Состраты в «Мандрагоре» Никколо Макиавелли, Счастливой в «Дамах с комедиями» Надежды Тэффи, Алёны Ивановны в «Преступлении и наказании» по роману Фёдора Достоевского.

В 1998 году Нине Васильевне Таякиной присвоено звание заслуженной артистки Российской Федерации.

Больше 15 лет работает педагогом по актерскому мастерству в Алтайском институте культуры. В 2021 году выпустила свой актерский курс.

Надежда Чехович

Источник: «Алтапресс»

Новости

15.04.2024

Молодёжный театр Алтая принимает заявки на участие в Летнем детском лагере при МТА

12.04.2024

«Вечерний Барнаул: шах и мат – трагикомедию в стиле шахматной партии поставили в Молодёжном театре Алтая

«Алтапресс»: ход замужеством – спектакль по вдохновлённой Барнаулом повести Достоевского покажут в Молодёжном театре Алтая

«Радио России – Алтай»: В Молодёжном театре Алтая премьера трагикомедии «Дядюшкин сон» Достоевского

«Алтайская правда»: в Молодёжном театре Алтая Достоевского сыграли как шахматную партию

10.04.2024

«Чичиков – краш»: артист МТА Александр Пальшин претендует на премию за создание образа главного героя в «Мёртвых душах»

09.04.2024

«Вести – Алтай»: зрители Молодёжного театра Алтая смогут оценить юмор Достоевского

Молодёжный театр Алтая принимает заявки на участие в Летнем детском лагере при МТА

С 3 по 14 июня в Молодёжном театре Алтая будет работать Летний театральный лагерь «Первая сцена». Он предполагает дневное пребывание детей в возрасте 9-10 лет.

Занятия в лагере будут для участников бесплатными. Две недели в стенах МТА помогут детям познакомиться с творческими профессиями, приобщиться к миру театрального искусства, исследовать все этапы создания спектакля от замысла до воплощения. Программа состоит из изучения истории Алтайского государственного театра для детей и молодёжи им. В.С. Золотухина, участия в тренингах по сценической речи, актёрскому мастерству, вокалу, пластике и хореографии, мастер-классах специалистов декорационно-бутафорского и гримёрно-пастижёрного цехов театра. Вместе с наставником дети обсудят материал для представления, распределят роли, поучаствуют в создании образов, изготовлении реквизита, отрепетируют и выйдут на профессиональную сцену для показа родителям.

Заявки на участие принимают до 15 мая на сайте МТА. Проект реализуется в Молодёжном театре Алтая при поддержке Гранта губернатора Алтайского края в сфере культуры.

«Вечерний Барнаул: шах и мат – трагикомедию в стиле шахматной партии поставили в Молодёжном театре Алтая

Сегодня, 12 апреля, на малой сцене Молодёжного театра Алтая состоится премьера спектакля «Дядюшкин сон». Барнаульцам покажут трагикомедию, поставленную по повести Фёдора Достоевского. Зрители увидят не простое представление, а самую настоящую игру в шахматы, в которой фигурами выступят герои произведения. Залог успеха на чёрно-белом поле — выверенная стратегия. Однако можно ли просчитать ходы, если на доске живые люди?

Спектакль погружает зрителей в события XIX века, перенося их в провинциальный сибирский город, где жизнь течёт своим чередом. Но это спокойствие нарушается приездом важного гостя — старого князя. Он попадает в руки местной гранд-дамы Марьи Москалёвой, которая мечтает выдать свою дочь Зину за знатного гостя. Однако на пути к этой цели возникают многочисленные преграды. Сможет ли «заботливая» мать добиться желаемого, зрители узнают, посмотрев трагикомедию, которая оформлена в стиле шахматной партии.

На сдаче спектакля внимание гостей привлекли необычные декорации. Огромные шахматы, вписанные в интерьер комнаты, выделялись на чёрно-белой доске. Но это было не единственное, что напомнило популярную игру.

Героев стилизовали под фигуры – актёры одеты в чёрные и белые костюмы. Их украшения и поведение давали понять, кто из них король, ферзь или слон.

В главных ролях выступили Галина Чумакова, Анфиса Козырева, Виктор Синицин, Александр Пальшин, Валерий Лагутин и другие. Они не просто представили интересную историю, но и убедили зрителей, что классическая литература может быть лёгкой и смешной.

«Мы выбрали нетипичное для Фёдора Достоевского произведение, написанное в комедийном жанре. Оно способно показать, что русская классика не всегда трудна для восприятия. Так, «Дядюшкин сон» – это сплав мыслей Фёдора Михайловича, имеющий водевильный сюжет», – объяснила режиссёр-постановщик и сценограф спектакля Дарья Камошина.

Отметим, что автор написал повесть, находясь в сибирской ссылке. За это время он несколько раз посещал Барнаул, который тогда славился своей светской и культурной жизнью. Бытует мнение, что часть героев классик списал с обитателей нашего города.

Премьера трагикомедии «Дядюшкин сон» состоится в стенах Молодёжного театра Алтая им. В.С. Золотухина. Билеты на апрель уже раскупили, но у барнаульцев в этом сезоне ещё будет возможность оценить юмор Фёдора Михайловича Достоевского – повторный показ спектакля состоится 17 мая.

Полина Ян

Источник: «Вечерний Барнаул»

«Алтапресс»: ход замужеством – спектакль по вдохновлённой Барнаулом повести Достоевского покажут в Молодёжном театре Алтая

Хитросплетения судьбы, продуманные ходы и выверенные стратегии, как на шахматном поле. А за всем этим стоит желание обрести личное счастье. Спектакль по повести Достоевского «Дядюшкин сон» представят в Молодежном театре Алтая 12 и 14 апреля. 12+

Богатый князь

Сюжет рассказывает о семье Москалевых: признанной «первой даме» губернского городка Мордасова Марии Александровне (Галина Чумакова) и ее красавице-дочери Зинаиде (Анфиса Козырева), которую мать мечтает выгодно выдать замуж.

За девушку уже сватается молодой и перспективный Павел Мозгляков (Александр Пальшин), однако Зину такая партия не устраивает. Она любит молодого и бедного уездного учителя, за которого ей не позволили выйти замуж несколько лет назад.

В одно утро в доме Москалевых появляется старый и уважаемый князь К. (Виктор Синицин), который, несмотря на свои богатства, страдает старческим слабоумием. В голове Марии Александровны быстро созревает план любыми уловками выдать Зину за князя, чтобы дождаться его смерти и прибрать к рукам состояние.

Гуру шахмат

Режиссером спектакля выступила Дарья Камошина из Санкт-Петербурга. Коллектив театра уже знаком с ней по лаборатории «Жили-были…», которая проходила в прошлом году.

Декорации режиссер придумывала сама: вся сцена и реквизит стали одним большим шахматным полем, а артисты – фигурами, разыгрывающими партию. Костюмами в духе 19 века обеспечила актеров главный художник театра Наталья Сыздыкова.

Поскольку шахматы стали одними из ключевых моментов в постановке, режиссер и артист МТА Эльдар Носачев (сыграл слугу Гришку – рассказчика) брали уроки у шахматного гуру Алтайского края Александра Долгова.

На вопрос почему выбор пал именно на это произведение, Дарья Камошина призналась, что хотелось показать Федора Достоевского с легкой, смешной и современной стороны.

«Некоторые считают, что Достоевский писал только тяжелые и депрессивные произведения, но «Дядюшкин сон» – нетипичная в широком понимании повесть. Это характерный для Федора Михайловича сплав мыслей, но при этом в водевильном сюжете. И это может быть интересно публике», – отметила она.

Прообраз города

Филологи АлтГУ считают, что Достоевский изобразил в городе Мордасове Барнаул 19 века. На тот момент Барнаул считался самым культурным, театральным городом Сибири, и Федор Михайлович мечтал побывать в нем. Желание его исполнилось – и не раз.

Образы Барнаула угадываются в деталях повести – описание, вероятнее всего, реки Пивоварки, упоминание Светозерской пустыни, которая действительно была в то время в Алтайском крае.

Екатерина Копытова

Источник: «Алтапресс»

смотреть фото

«Радио России – Алтай»: В Молодёжном театре Алтая премьера трагикомедии «Дядюшкин сон» Достоевского

В Молодёжном театре Алтая сегодня премьера – на малой сцене дают трагикомедию «Дядюшкин сон» по повести Достоевского. Поставить этот спектакль по собственной инсценировке – давняя мечта молодого питерского режиссёра Дарьи Камошиной. Подробнее – Ирина Вязанцева.

Источник: «Радио России – Алтай»

«Алтайская правда»: в Молодёжном театре Алтая Достоевского сыграли как шахматную партию

В Молодежном театре Алтая Достоевского сыграли как шахматную партию. Спектакль «Дядюшкин сон» по одноименной повести поставила режиссер Дарья Камошина, премьера – 12 и 13 апреля на малой сцене.

Мария Александровна Москалева, первая дама губернского городка Мордасова, мечтает удачно выдать замуж дочь Зинаиду. За нее уже посватался молодой Павел Александрович Мозгляков, но гордая Зина не спешит с ответом. Однажды, желая угодить Марье Александровне, жених привозит в дом Москалевых своего дальнего родственника – старого и немного выжившего из ума князя, даже не подозревая, к чему это приведет.

Сцену МТА Дарья Камошина, выступившая и в качестве сценографа, превратила в большую шахматную доску с декорациями в виде столика-ладьи и часов-ферзя. Костюмы художника Натальи Сыздыковой тоже отсылают к эстетике шахмат. Поскольку свою повесть Достоевский писал в сибирской ссылке, местом действия спектакля сделали неназванный сибирский городок. В ролях – заслуженная артистка России Галина Чумакова, Анфиса Козырева, Виктор Синицин, Александр Пальшин, Наталья Сляднева и другие.

Подробнее в фоторепортаже Евгения Налимова.

Источник: «Алтайская правда»

смотреть фото

«Чичиков – краш»: артист МТА Александр Пальшин претендует на премию за создание образа главного героя в «Мёртвых душах»

Дорогие зрители! Ведущий мастер сцены Молодёжного театра Алтая Александр Пальшин претендует на премию Алтайского края в области литературы, искусства, архитектуры и народного творчества. Артист вышел в финал в номинации «Театральное искусство» за создание образа Павла Чичикова в спектакле «Мёртвые души» Николая Гоголя.

В этом году жители региона могут принять участие в обсуждении проектов, претендующих на получение краевых премий в области культуры. Для этого нужно направить отзыв в Министерство культуры Алтайского края по адресу: 656049, г. Барнаул, пр. Ленина, 41, или на электронный адрес mk22@alregn.ru с пометкой «В комиссию по премиям».

Мы знаем, что многие зрители МТА любят Александра Пальшина, знаем, что его Чичиков попадает прямо в ваши сердца. Видим это в постах, комментариях и книге отзывов. Поэтому просим отправить отклик о работе артиста в этом спектакле в комиссию. Письма принимают до 24 апреля.

«Вести – Алтай»: зрители Молодёжного театра Алтая смогут оценить юмор Достоевского

Юмор Достоевского смогут оценить зрители Молодёжного театра Алтая. Там ставят спектакль «Дядюшкин сон» по повести Фёдора Михайловича.

Это произведение было написано классиком в сибирской ссылке. Есть даже предположение, что часть героев была списана им с обитателей Барнаула.

Актёры Молодёжного театра учатся ходить в стиле шахматных фигур – вся сцена превратится в доску, где перед публикой разыграют партию. Это обусловлено поведением героев повести «Дядюшкин сон», говорит режиссёр.

В бутафорских цехах готовят декорации и шьют эффектные костюмы в стилистке шахматной игры – часы, столик в виде фигур, а шляпы укажут, кто перед нами – король или ладья.

Эту повесть-водевиль Фёдор Михайлович писал в сибирской ссылке, сильно нуждаясь в деньгах, живя в Омске, в Семипалатинске, посещая Новокузнецк и Барнаул, который славился тогда светской и культурной жизнью. Некоторые литературоведы предполагают, что часть героев списана с обитателей милейшего города Б., как называл его русский классик.

Сюжет напомнит несколько знакомых произведений. Здесь и Гоголь, и Пушкин, но всё в фирменном стиле Достоевского. В российском городке живёт мать, которая мечтает выдать дочь за богатого старого князя. Осталось только его обмануть. Остальное – на премьере. Юмор Достоевского публика сможет оценить уже совсем скоро.

Источник: «Вести – Алтай»

смотреть видео

Афиша
Новости
Соцсети