Musecube: алтайская «Яга» – возвращение к истокам
Как искали искры в сыром бору.
Как писали вилами на Роду.
Пусть пребудет всякому по нутру.
Да воздастся каждому по стыду.
Но не слепишь крест, если клином клин.
Если месть — как место на звон мечом.
Если все вершины на свой аршин.
Если в том, что есть, видишь, что почем.
(Александр Башлачёв, «Вечный пост»)
В рамках фестиваля «Музыкальное сердце театра» в Петербурге на сцене ТЮЗа прошёл показ мюзикла «Яга» Алтайского государственного театра для детей и молодёжи им. В. С. Золотухина. Жанр спектакля на сайте театра определён как «музыкальный миф», что само по себе интригует и рождает вопросы к его создателям. Новая постановка режиссёра Дарьи Догадовой предлагает побывать нам в первобытном мире, где люди и боги жили бок о бок, где гром олицетворял гнев, огонь – месть, а вода – милость.
Первое действие происходит на берегу речки, где парни и девушки празднуют Ивана Купалу, танцуя и прыгая через костёр. Хореографические номера тут – отдельный компонент спектакля (хореограф Ксения Малинина). В аутентичной одежде из грубых натуральных тканей и материалов, под завораживающе-гипнотизирующую музыку, они рождают полное ощущение присутствия на старославянском языческом обряде (художник по костюмам Ольга Смагина). Деревянный мост, кустики ракиты, мельничное колесо за ручьём — всё помещено в поворотный круг и открывает нам одну мизансцену за другой (художник-сценограф Ирина Уколова). Игра света усиливает магическое воздействие: из полумрака, в который погружена сцена, выхватываются эпизоды и действующие лица, усиливая эмоциональное впечатление (художник по свету Алексей Крючков).
А рядом находится параллельный мир богов, где властвует Марья-Моревна, ледяная царевна, плетущая нити судьбы в таинственной роще, обозначенной серебристо-белыми лентами, свисающими со свода. Она являет собой трёхметровую фигуру наподобие Снегурочки с покрытым белым гримом лицом, беспристрастно наблюдающей за судьбами мира. Тут же кружится птица Гамаюн, попавшая в беду и испросившая у богини исцеление для хромоногой девушки, спасшей ей жизнь. В награду Яга получает дар древней могучей магии, но вместе с ним жестокое испытание собственных ценностей: является ли её принцип непротивления злу насилием убеждением, или она верит в него лишь потому, что когда-то её так научили.
Добросердечной и отзывчивой Яге противопоставлена княжна Забава. Первая красавица среди девушек капризна и надменна. Она мечтает поскорее выйти замуж и убеждает отца совершить жертвоприношение Велесу, чтоб он открыл для мира княжество, отделённое ото всех остальных земель горами. Очень артистичен и харизматичен черноокий Велес в лице Романа Чистякова. Танцующая в первом ряду Забава не остаётся без внимания. Но он отдаёт предпочтение доброй сердцем Яге (Елена Логачёва).
Проникновенно поставлена сцена полёта юной Яги на метле, очаровавшая Велеса. И также трогательна сцена их прощания на Калиновом мосту через реку Смородина. У обоих солистов красивые сильные голоса.
Однако, столкнувшись с людским коварством и поддавшись мести, Яга остаётся одна. До тех пор, пока не одолеет её смельчак в честном бою.
После показа корреспонденту Musecube удалось пообщаться с композитором и автором идеи постановки Андреем Григорьевым:
– Почему Вы решили обратиться к фольклору?
– Я очень люблю наши сказки, есть в них что-то первобытное, фантастическое и родное. Они очень близки для меня. В образе Бабы Яги скрыта невероятная история и архетипическая сила, которую мы, современные люди, часто не замечаем. Я хотел развернуть этот образ, показать её не просто лесной колдуньей, а человеком со своим горем и радостями. Фольклор даёт нам готовый, но бесконечно пластичный язык для разговоров о вечных вопросах — одиночестве, изгнании, принятии себя, столкновении традиционного и нового. В «Яге» я попытался говорить на этом языке со зрителем XXI века.
– Что вдохновило Вас на создание партитуры спектакля?
– Вдохновение приходило из двух главных источников. Первый – это, конечно, фолк-музыка, которую я люблю, и наша, и зарубежная этника. Музыка не русская народная, а более незнакомая, дикая, старославянская. Второй источник – современные фолк-группы, фанатом которых я являюсь. Мне хотелось создать музыкой ощущение, что лес Яги – он не где-то далеко, а здесь рядом. Получилось неплохо.
– Как подбиралось музыкальное сопровождение?
– Это был очень интуитивный процесс, связанный с драматургией. Каждому персонажу, каждой сцене я искал свой «звуковой портрет». Нужно было найти баланс между этникой и современным звучанием, ну и как-то это всё вписать в рамки жанра мюзикл.
– Какие аудиоэффекты и приёмы, на Ваш взгляд, задевают нерв современников?
– Музыка во многих местах медитативная, остинатная, и это цепляет. А уж славянские мотивы всегда в русском человеке цепляют струны, от этого не уйти. Современный человек живёт в мире звукового хаоса, он приучен к клиповому сознанию. Его нерв, мне кажется, задевают два полюса: с одной стороны – аутентичность, простота, почти аскетизм. Поэтому в мюзикле есть моменты, когда звучит один только голос или один инструмент, создавая эффект интимности и беззащитности. С другой стороны – контролируемый ритмический музыкальный хаос. В итоге, главный приём – это контраст. Контраст тишины и гула, прошлого и будущего, страха и нежности. Именно на стыках, мне кажется, рождается то самое чувство узнавания, которое задевает самый живой нерв.
Марина Чистякова
Источник: Musecube
