«Независимая газета»: что такое молодёжный театр
Каким должен быть театр, адресованный не самым маленьким, но и не взрослым, тем, которым уже +12, но, к примеру, еще не +18? Тинейджерский театр в России, а вернее – театр для тинейджеров? В Барнауле этой осенью впервые прошел Всероссийский молодежный театральный фестиваль имени В.С. Золотухина. В своей афише он собрал как раз такие спектакли, адресованные молодому зрителю.
Из 12 спектаклей, представленных на фестивале, громче всех выстрелил спектакль Новосибирского городского драматического театра под руководством Сергея Афанасьева – «Унтиловск» по одноименной пьесе легендарного Леонида Леонова. Пьеса, запрещенная советской властью еще в 1920-х годах, как не соответствующая великим идеям соцреализма, обрела вторую жизнь на театральных подмостках лишь в 2013 году. В тяжелейшую антиутопию про маленький сибирский городок Унтиловск (в царское время — место ссылки, мало изменившееся с победой советской власти) режиссер Сергей Афанасьев неожиданно ввел хит Валерия Меладзе «Небеса мои обетованные». Страстная, нежная, но горькая песня, мощнейше исполненная обряженными в тулупы и цветастые косоворотки актерами, стала не просто экзальтированной молитвой проклятых к безмолвствующему небу, но лейтмотивом всей постановки – песней об ускользающей любви, счастье-мираже.
Литературоведам и филологам Афанасьев подал на серебряном блюде леоновские отсылки к Гумилеву, Блоку, Пастернаку, но прежде всего, конечно, к Достоевскому и Чехову. Все это в устах странной и разношерстной компании – здесь расстрига, ссыльные революционер и интеллигент, мелкий купец, пьянствующий церковный служка и поп, подглядывающий в замочные скважины.
Можно ли сделать этим обитателям забытой богом и занесенной снегом унтиловщины еще хуже? Да. Пообещать возможность счастья: Раису — женщину из другого, настоящего, еще живого внешнего мира… Бездумно они летят на ее свет. Впрочем, для Раисы они несущественны – кроме одного — расстриги, пьяницы Петра Буслова — единственного, кого она когда-либо любила. Нина Сидоренко и Николай Соловьев виртуозно разыграли этот жестокий роман. Так, что невольно на ум приходит другой хит Меладзе – «Самба белого мотылька»: но роли здесь непостоянны – и та, что является желанным огнем, сама сгорает от безответности, впрочем, успевая спалить дотла Червакова. Этот персонаж в исполнении Андрея Яковлева, его пластика мелкого беса, живущего задним умом, завоевал безоговорочное признание публики.
Впрочем, успех снискал и сам спектакль — артистов не менее пяти раз вызывали на поклон. Ольга Галахова назвала Театра Афанасьева «одним из самых недооцененных театров России», а актеров не иначе чем «грустными, но добрыми и светлыми эльфами». «Вы рассказали страшную историю, но так по-светлому грустно и красиво, что этих героев невозможно судить. Спасибо вам за эту неокончательность приговора», — отмечали критики на обсуждении спектакля с актерами.
Новосибирск на фестивале был представлен также авторским спектаклем «Без слов», с успехом идущим на подмостках «Красного факела» вот уже пять сезонов кряду. Иркутский ТЮЗ имени Вампилова привез про-пушкинскую «Дуэль». Его горячо принимала публика, несмотря на то, что критики сетовали на энциклопедичность образов и некое подобострастие при изображении гения.
Национальный молодежный театр Республики Башкортостан им. Мустая Карима привез в Барнаул «Ромео и Джульетту» с планеты Верона, где знать носит кружевные комби-дрессы и стальные БДСМ-аксессуары. Школьники, занявшие на этой неклассической постановке Шекспира около трети мест в зрительном зале, приветствовали актеров стоя. Успеху не помешало даже то, что спектакль шел на башкирском с параллельным переводом через радионаушники.
Впервые за пределы МКАД, специально на золотухинский фестиваль, выехала «Алиса и государство» — экспериментальная постановка Театрального Центра имени Вс. Мейрхольда и LiquidTheatre Алексея Жеребцова. Авторы этой нетеатрально прямолинейной шоу-лекции, опасаясь реакции публики, сократили ее с 2 часов до 1 час. 25 мин. Напрасно – по окончании этой мастерски исполненной фантасмагории по Льюису Кэроллу отдельные зрители требовали дополнительного показа – из вырезанных кусков спектакля.
При этом арт-директор ЦИМа Елена Ковальская собрала одну из самых больших аудиторий в образовательной части фестиваля. Свыше 70 человек пришли на ее мастер-класс, посвященный привлечению в театр нового поколения зрителя. Вместе с выпускником «Школы театрального лидера» Алексеем Жеребцовым они говорили о театральной педагогике и способах модернизации современного репертуарного театра.
Насыщенная образовательная часть программы фестиваля, с восторгом принятая барнаульской молодежью, состояла из творческих лабораторий, мастер-классов, круглых столов. Дизайнеры, актеры, драматурги, критики… Дизайнер Игорь Гурович рассказывал, какой сегодня цвет и свет будет работать, а какие – нет, о театральном менеджменте рассказал директор Государственного академического театра имени Евг. Вахтангова Кирилл Крок и т.д. «Если честно, я до сих пор пребываю в состоянии эйфории. Фестиваль стал настоящим праздником, — заверяет актриса МТА, выпускница «Золотухинского курса» АлтГАКИ Татьяна Данильченко. — Мы смотрели спектакли, общались с критиками, коллегами из других городов, режиссерами, упражнялись в жанре вербатим; почти не ели и не спали, потому что не было времени на такую ерунду. Устали, конечно, сильно, но это ужасно приятная усталость, хочется, чтобы она не заканчивалась».
Фестиваль стал живым продолжением того, что делал для Алтайского края Валерий Золотухин – никак не памятником, не формальной данью памяти. Он вышел местами неровный, но живой, кипучий, яркий – как жизнь народного артиста, всенародно любимого Бумбараша.
Айжан Жакипбекова
Источник: «Независимая газета»
