«Толк»: увидеть голос – как незрячие люди смотрят спектакли в Барнауле и кто им помогает
Голос одних людей является зрением для других. Слепые или слабовидящие редко могут обойтись без специальной аудиальной помощи, чтобы сполна насладиться тем, что находится вокруг. Таких помощников называют тифлокомментаторами, они описывают фильмы, музейные экспонаты, спортивные матчи, цирковые представления, концерты, спектакли и многое другое. Рассказываем, есть ли такие специалисты в Алтайском крае и как особенные зрители «смотрят» постановки в Молодежном театре.
«Это все энтузиасты»
Адаптацией спектаклей для незрячих и слабовидящих зрителей Молодежный театр Алтая занимается с 2022 года. Для этого через благотворительный фонд «Искусство, наука и спорт» театр получил специальное оборудование и теперь ежегодно заявляет в программу две-три постановки с использованием такой спецтехники.
Как рассказал руководитель литературно-драматической части театра Станислав Хазиев, в Алтайском крае нет ни одного тифлокомментатора, поэтому на показы приходится вызывать специалиста из Новосибирска.
«Тифлокомментаторы, какие у нас есть, это все энтузиасты. По программе мы должны привлекать к работе сертифицированных специалистов, которые прошли обучение в Москве в институте «Реакомп». К сожалению, в нашем регионе людей, которые получили такое образование, нет», – говорит он.
Уже второй сезон подряд спектакли озвучивает Зарина Идрисова. До того, как прийти к этому делу, девушка работала в новосибирском театре «Глобус» и, как делится сама, безумно любила театр.
«В своем желании сделать его доступным всем, я проводила экскурсии и помогала адаптировать спектакли для детей с расстройствами аутического спектра. Однажды замдиректора Новосибирской областной специальной библиотеки предложила мне поехать учиться и дать возможность незрячим ребятам увидеть спектакли, и я не раздумывала ни секунды», – рассказывает она.
Зарина уточняет, что в ее профессии важно не просто описывать что-либо, но при этом учитывать особенности незрячих и слабовидящих, понимать, что конкретно нуждается в описании.
«Например, во время спектакля раздается грохот. Что это? Это главный герой принес черный венский стул и с грохотом поставил его на сцену. Более сложные моменты – когда необходимо описывать пластические этюды и мизансцены. Через них могут передаваться сюжет и отношения героев. Или мимика и движения – зрителю достаточно одного взгляда, чтобы понять, но не у всех есть такая возможность. Поэтому этой «возможностью» должен стать тифлокомментатор», – продолжила девушка.
«Появилась профдеформация»
Подготовка к полуторачасовому спектаклю занимает у Зарины 3-4 часа ежедневно в течение двух недель. Она десятки раз пересматривает постановку, просит список реквизита у помощника режиссера, уточняет технические моменты.
«Комментарий не должен перекрывать собой спектакль. Я несколько раз прочитываю его вслух, включив видеозапись. После приезжаю в театр и смотрю спектакль, делая пометки и изменения в своем тексте», – продолжила она.
Самое сложное в работе для нее – несколько часов подряд по кругу смотреть одно и то же. На основной работе она – SMM-специалист и привыкла выполнять обязанности под музыку, постоянно переключать внимание с одной вкладки на другую. А здесь нельзя отвлекаться.
Зарина делится, что за это время у нее скопилось немало интересных случаев из практики:
«Однажды я подслушала, как мои зрители обсуждают тифлокомментарий. И меня удивило, что, во-первых, им понравилось, а во-вторых – они разговаривали о внешнем виде героев и о своих предпочтениях в одежде. Если бы я не знала, что это незрячие, то решила, что просто зрители говорят о спектакле. Из смешного – появилась профдеформация. Я теперь идеально могу указать любому человеку дорогу, подробно описав, куда идти с указанием цвета дома, всех вывесок и дверей».
Сейчас девушка мечтает выучиться на сурдопереводчика. Идея возникла у нее давно, в момент проведения экскурсии в музее, где она работала.
«На экскурсии была барышня с переводчиком на русский жестовый. Это было так красиво и завораживающе, что я сама несколько раз чуть не отвлеклась. Русский жестовый – это что-то среднее между пиктограммами и иероглифами. Практически иностранный язык. И было бы интересно стать таким специалистом, для которого больше нет никаких барьеров – всем расскажу и покажу театр», – размышляет она.
«Намного больше информации»
Количество показов и спектаклей, которые в театре предлагают посмотреть особенным зрителям, варьируется. В этом году для них адаптировали три постановки – «Чучело», «Удивительное путешествие кролика Эдварда» и «Мертвые души». Первую, кстати, покажут уже 12 октября.
«Для меня эмоционально сложным оказался спектакль «Удивительное путешествие кролика Эдварда». Там есть момент, от которого очень больно, и в моменте трудно сдержать слезы. А мне нельзя рыдать, мой голос должен содержать минимум эмоций и описывать происходящее на сцене. И еще один – где все настолько хорошо, что появляются слезы радости», – поделилась Зарина.
В среднем, «посмотреть» на постановку приходит около 20 человек, среди которых бывают и дети. В зале можно увидеть не только барнаульцев, но и жителей Павловска, Новоалтайска, Бийска, Славгорода и Горно-Алтайска.
По словам Станислава Хазиева, в этом году Молодежный театр единственный в крае присоединился к программе адаптации спектаклей для незрячих и слабовидящих:
«К сожалению, для незрячих окружающая среда пока еще не совсем подготовлена. И мы решили, что надо пробовать. И я могу сказать, как человек, который слушал все свои адаптированные спектакли, что зритель, который сидит с наушником, получает намного больше информации, чем зритель со стопроцентным зрением. Потому что есть огромное количество деталей, на которые обычно люди не обращают внимания, а они важны в плане сценографии и режиссуры».
Он также признался, что в театре не ожидали такого большого отклика:
«Была ситуация, когда мы провели показ, а на следующий день нам позвонил мужчина и плакал в трубку. Он говорил огромное спасибо за то, что мы ведем эту работу, потому что наконец-то куда-то смог вывести свою дочь».
Екатерина Жолнерова
Источник: «Толк»
