«Вечерний Барнаул»: адресовано взрослым – премьера спектакля «Крахмальная, 92» состоится на сцене МТА

В Молодёжном театре Алтая идёт подготовка к ещё одной премьере этого сезона – спектаклю «Крахмальная, 92» по повести Януша Корчака «Когда я снова стану маленьким». Его ставит польский режиссер Бениамин Коц, знакомый барнаульской публике по работе «Мой папа – Питер Пен», которая в этом году завоевала Гран-при IV Всероссийского молодёжного театрального фестиваля им. В.С. Золотухина. Премьера спектакля состоится 12, 13 и 14 ноября.

Культурные коды

– Бениамин, как вы оказались в России? Здесь вы живёте с 2012 года, сотрудничаете с разными театрами, ставите спектакли. Иностранцем в нашей стране себя уже не считаете?

– В Польше родительский дом находится в небольшой деревушке Косево, откуда я в 15 лет поступил в варшавский лицей, потом учился в театральной школе. И там мой педагог посоветовала отправиться в Санкт-Петербург, в Российский государственный институт сценических искусств, который когда-то сама заканчивала. Она-то и подготовила меня ко всем экзаменам, помогла освоить русский язык, так как сама является преподавателем по фонетике русского языка в польском университете. Самым привлекательным в питерском вузе было то, что там можно было одновременно обучиться режиссерскому и актерскому мастерству. И я поступил на курс Юрия Красовского. Сегодня я живу в Москве, у меня русская жена, много работы в российских театрах, но иногда я все же подумываю вернуться в Польшу. Со временем я понял, что режиссер – человек, работающий с культурными кодами, заложенными в том числе и в языке. И все больше я убеждаюсь, что даже если буду знать русский в совершенстве, то все равно здесь буду иностранцем.

– Расскажите о ваших театральных учителях.

– Среди них – мой мастер в РГИСИ Юрий Красовский, а также мастер Виктор Рыжаков, у которого я учился в магистратуре Центра имени Мейерхольда. Была возможность пообщаться и с Юрием Бутусовым, вдохновляет меня и творчество Дмитрия Крымова. Я посмотрел, пожалуй, все его спектакли, идущие в Москве, был с ним в одной лаборатории СТД и даже поработал ассистентом на постановке, над которой он сейчас работает в «Современнике». Как вернусь из Барнаула, снова к нему присоединюсь.

– Вы часто участвуете в лабораториях, даже с Барнаулом вас связывает лабораторная история, ведь постановка «Мой папа – Питер Пен» родилась из эскиза к проекту #Всмысле, организованного Виктором Рыжаковым на площадке МТА. Чем вам интересен этот режим существования?

– Тем, что не надо много думать, а надо быстро делать. Ведь когда работаешь над спектаклем месяц-два, есть опасение переусердствовать и что-нибудь в нем перемудрить. Подкупает в лабораториях и момент безответственности. Все-таки эскиз – это не результат, так как у режиссера всегда есть возможность в будущем доработать историю. А вот спектакль эту работу над ошибками исключает. И на премьере ты вроде бы понимаешь, что надо было идти другим путем, но делать это уже поздно. Кстати, недавно я был участником довольно интересной лаборатории, которая проходила на площадке новосибирского театра «Глобус» и была посвящена предстоящему 200-летию Достоевского (моя работа была создана по рассказу «Крокодил»). Там подобралась очень яркая, увлеченная процессом команда. А когда люди увлечены процессом, то и результат выходит отличный.

Привет из детства

– Часто ли прибегаете в своем творчестве к польским авторам?

– Одно из моих любимых произведений – пьеса «Венчание» польского писателя и драматурга Витольда Гомбровича. На ее основе создан мой дипломный спектакль под художественным руководством Юрия Бутусова, с монологами из этой пьесы я поступал в питерский театральный вуз и вообще довольно часто к ней возвращался. Там очень интересно поднят вопрос формы взаимоотношений между людьми. Вот сейчас мы с вами беседуем и наше интервью – тоже форма общения, каждый из нас играет свои роли, соответствующе себя ведет. Тема игры и взаимоотношений между людьми в процессе общения – это то, что интересовало Гомбровича. Близко это и мне. В Барнаул я приехал на этот раз тоже с польским материалом. «Король Матиуш Первый» Януша Корчака – это одна из моих первых детских книжек. И когда я готовился к барнаульской постановке, я ее нашел и даже обнаружил внутри книги закладку в виде игральной карты – восьмерки червей. Это как привет из детства, потому что в фильме, созданном когда-то по этой повести, фигурировали игральные карты, а восьмерка в ту пору была моим любимым числом.

– В Барнауле вы ставите спектакль про взрослого, который мечтает убежать в детство. Чем привлекла вас эта история?

– Нам взрослым, рассуждающим с высоты наших проблем, только кажется, что детство – беззаботная пора. И мне хотелось бы напомнить людям, что они зачастую недооценивают детей, считают их мир малозначительным. Но это неправильно. И главная моя мотивация к постановке содержится во фразе Януша Корчака: «Реформировать мир – это значит реформировать воспитание».

– «Мой папа – Питер Пен» – это тоже про странный мир взрослых…

– На мой взгляд, эта постановка про другое. И делал я ее, скорее, про себя, про того человека, который не хочет брать на себя ответственность и из-за этого сталкивается с кучей проблем. «Крахмальная, 92» – это спектакль, который я хотел бы адресовать взрослым, чтобы они обратили внимание на мир детей. Разумеется, он будет интересен и детям.

Факт

Крахмальная, 92 – это адрес Дома сирот для еврейских детей, который в 1911 году основал в Варшаве Януш Корчак – польский педагог, писатель, врач.

Наталья Катренко

Источник: «Вечерний Барнаул»